Герман Греф — он для меня как птица гриф или как от штанги вот эта палка – тоже гриф. Или еще можно его назвать Гер Ман Греф – что-то благородное, немецкое. Даже прусское, я бы сказал.
Он, кстати, приличный банкир и знаток человеческих душ. Вы знаете? Был как-то такой вот случай: мы с ним вместе поехали в Австрию, в Альпы, на лыжах кататься. Катается он очень даже неплохо. Хотя излишне, на мой взгляд, рисуется. По крайне мере, тогда рисовался. Съедет, бывало, с подъемника, подкатится к спуску, встанет, палками в снег упрется и стоит на солнце щурится, подставляет профиль под любование местным и неместным (несметным) девкам и не девкам. А потом фьюррр — и покатился! Еле-еле я за ним поспевал. Но поспевал-таки… А потом под горой в ресторане сидит в свитере грубой вязки, глаза голубые, лоб высокий, загорелый весь, холеный, породистый, с бокалом вина, разглагольствует негромким, но слышимым везде голосом о ковенантах и мейнстримах. Умненький, забавный, начитанный. И богатый, конечно, до усрачки.
И вот таким макаром катаемся мы с ним уже третий день в свое удовольствие, как вдруг приносят ему за обедом записочку. Маленькую такую, сложенную вчетверо, из беленького листика. Он прочитал ее и вдруг потускнел весь. Даже посерел как-то. И глаза уже не голубые, и свитер как- то обвис, и лоб вспотел.
Я ему: «Гера, что?» А он посмотрел на меня шалым взглядом и говорит: «Все, п***ц!» —
И как-то так на «ц» с придыханием. Взял со стола бутылку содовой — и мимо стакана, на удивление подскочившего официанта, прямо в рот, не отрываясь выпил до дна…
…………………
А на следующий день Сбербанк закрыли. Я в Россию вернулся, а он куда-то в другую сторону поехал. И не писал с тех пор, и не звонил.
Где-то он теперь?.. Кто знает…